среда, 12 октября 2011 г.

Интервью с режиссерами Беном и Джошуа Сафди

Интервью с режиссерами Беном и Джошуа СафдиБен и Джошуа Сафди рассказали «Парку культуры», зачем им понадобилось снимать свой фильм «Сходи за розмарином» на 16-миллиметровую пленку, как им удалось заполучить Абеля Феррару в качестве актера и что роднит их с Джоном Кассаветисом.

В кинотеатре «Формула кино Горизонт» закончился фестиваль независимого американского кино «Амфест». Одним из его хитов стал фильм «Сходи за розмарином» нью-йоркских братьев Бена и Джошуа Сафди. Снятую на 16-миллиметровую пленку историю про две безумные недели, которые два мальчугана проводят со своим безалаберным отцом, критики сравнили с фильмами Джона Кассаветиса (награду его имени создателям фильма присудили в рамках премии «Независимый дух» — Independent Spirit Award). Камера словно выхватывает эпизоды из жизни неприкаянного героя, погружается в разговоры без начала и конца и ловит «правду жизни». «Парк культуры» поговорил с авторами фильма о природе воспоминаний, нью-йоркской кинотрадиции, безумствах Абеля Феррары и о том, зачем они пригласили сыграть в своем фильме семью гитариста группы Sonic Youth Ли Ранальдо.

— Вы называете фильм полуавтобиографическим — у вас правда было тяжелое детство?

Бен Сафди: Примерно, но мы показали концентрированную версию. В реальной жизни детство — это долгие годы, а в фильме мы упаковали всё плохое и хорошее, что случалось, в две недели жизни героев и полтора часа экранного времени, сделав их предельно насыщенными.

Так и работает память: выхватывает отдельные эпизоды, уплотняет, преувеличивает, перемешивает.

Хотелось, чтобы фильм был похож на то, как вспоминается детство: он не про воспроизведение реальных событий, но про стопроцентную эмоциональную точность.

Джошуа Сафди: Ну а факты — пожалуй, все было не так экспрессивно, но опять же это вопрос интерпретации происходящего: ребенком все воспринимаешь преувеличенно.

— В фильме сложно определить время, в которое помещены герои, город определенно не выглядит как Нью-Йорк 2000-х — скорее, 1980-х или, может быть, даже 1970-х. Вы вообще какое-то конкретное время имели в виду?

Д. С.: Мы действительно не помещали события фильма в какое-то конкретное время...

Б. С.: Вообще-то, помещали...

Д. С.: В каком-то смысле это вневременная история. Большая часть наших воспоминаний не закреплена в каком-то определенном времени. Это как с некоторыми снами: я знаю, что грежу, но не знаю, какой это год, так что принимаю все как происходящее сегодня. Так что, полагаю, мы всегда имеем дело с текущим моментом, как бы говоря: все это имеет место быть сегодня. Мы выросли в Нью-Йорке 1980-х и 1990-х, и когда возвращаешься к себе, каким был в тот или иной момент времени, то вроде как заново вживаешься в этот момент. Время, о котором мы размышляли, это, конечно, 1980-е и 1990-е.

В то же время это сегодняшний Нью-Йорк — но только с людьми, которые застряли в собственном мире, который не слишком завязан на сотовые телефоны, интернет, соцсети.

У нас были сцены, в которых использовались современные технологии, но при монтаже от них ничего не осталось — они ничего не добавляли к фильму и не были интересны нам.

Бен: При этом не было такой задумки — отказаться от современности, от ее технологий. Все было снято в местах, которые существуют сейчас. Просто они так выглядят.
Впрочем, нет: квартира была единственным пространством, которое мы создали и которому намеренно придали несовременный вид — отстроили и состарили. Выстроили комнаты, а потом покрыли слоем грязи стены, натащили старой мебели — чтобы было ощущение, что тут живут уже сорок лет. Самым большим комплиментом было, когда кто-то заскочил к нам вечером после съемок на площадку и говорит: «О, кто-то дал вам снимать в своей квартире?» Но все остальное в кадре — как есть.

— Вы снимали на 16-миллиметровую пленку — кажется, это роднит то, что мы видим в итоге, со старым независимым кино...

Джошуа: В том, чтобы снимать на пленку, есть элемент жертвы, самоограничения, вовлеченности.

Я думаю, что, если ты не погружен в момент съемки в то, что снимаешь, у тебя ничего не выйдет. И мне кажется, что съемка на пленку помогает следовать этой идее.

Ты не можешь проявить пленку дважды, она очень чувствительна и хрупка. Такого рода нестабильность вдохновляет меня, дает чувство проникновения в иной мир, где воспоминания обретают форму и изменяют наш опыт. Пленка фиксирует эту реальность.

Бен: Это такой специальный фильтр, специальным образом эту реальность схватывающий.

Джошуа: Но мы не всегда, конечно, снимаем на пленку — это дорого. Приходится все время помнить, что ты не можешь снимать столько, сколько вздумается. Ты должен понимать, что ты хочешь увидеть. Это дисциплинирует.

— Снимая фильм про собственные воспоминания детства, вы оставляли пространство для импровизации актеров в диалогах, в действиях?

Джошуа: Для этого фильма мы написали историю на 44 страницах с некоторым количеством диалогов, но это был, скорее, план действий. Мы писали раньше сценарии для наших картин, но с ними либо что-то не складывалось, либо они начинали убивать существо фильма. Так что в какой-то момент мы довольно определенно решили не писать сценарий и работать с неактерами, выстраивая диалоги в ходе репетиций и, по существу, работая над сценарием прямо на площадке. Но импровизация импровизации рознь. Мы не хотели, чтобы кто-нибудь думал — мол, «тут я должен придумать нечто» — мы хотели, чтобы они откликались. Поэтому нам важно было понимать, какую реплику подать актерам, чтобы получить нужный отклик...

Бен: По существу, то, что мы писали, это были инструкции для нас самих: что сказать актерам, чтобы они говорили то, что мы, возможно, хотели бы услышать. Не чтобы они произносили какие-то конкретные слова, а чтобы они находили выражение эмоциям, которые мы хотели выразить. Это открытый процесс. И если кто-то вдруг говорил что-то, что было хорошо, мы практически никогда не использовали этот дубль, а останавливались и перестраивали сцену, чтобы включить в нее эту реплику или момент.

Джошуа: Иногда возникали ситуации, когда мы говорили: «Вот реплика, которую ты должен произнести». Это всегда самый сложный момент, когда ты работаешь с неактерами. У меня есть друг, который фильме играет художника-граффитиста (он на самом деле граффитист, очень известный). В реальной жизни он совершенно невероятный персонаж: можно просто направить на него камеру и гарантированно получить нечто; он просто живой сгусток энергии, что называется, вольный дух. Я видел пару фильмов с ним, включая наши, и везде он великолепен — и мы не давали ему готовый текст, а говорили: о-кей, теперь ты обсуждаешь это... А недавно я увидел пробы, где ему дали читать по сценарию, — это было ужасно, он был просто худшим актером на свете, а режиссер при этом не понимал, что есть люди, которым просто нельзя давать говорить по написанному. Мы постоянно учитываем это, потому что в основном работаем с непрофессиональными актерами.

Бен: Часто в комнате кроме актеров были только Джош и я: он снимал, я писал звук. Причина та же: если бы в комнате с этими людьми было слишком много оборудования, это бы вредило игре, так что нужно было избавиться от всего лишнего, чтобы сохранить жизнь в кадре.

Мы снимали эту жизнь, как если бы снимали документальное кино.

— Как случилось, что главную роль у вас играет ваш коллега Рональд Бронстейн, он же тоже кинорежиссер?

Джошуа: Он снял прекрасный «Frownland» — один из моих любимых американских фильмов за последние пятнадцать лет. При этом он по натуре человек, который все время играет. У него потрясающее лицо, он постоянно шутит, будучи при этом самым серьезным человеком на свете, — мне эта его черта очень нравится. Мы подумали, что он идеально подходит на роль нашего героя. Разумеется, у нас был прообраз главного персонажа — наш отец, который родился в Италии, вырос в Париже и перебрался в Нью-Йорк, когда ему было семнадцать. Английский был его третьим языком. А беря на эту роль Рональда, мы осознавали, что он очень американский персонаж:

легкомысленный на грани придури, такой невротик, только очень раскрепощенный, свободный — который мог бы ходить на руках по улице.

Это противоречие в нашем герое очень важно. Ну и к тому же Рональд очень умен и не только хорошо понимает нас, но и способен транслировать наши идеи на площадке.

Бен: Это было очень важно и потому, что он должен был взаимодействовать на площадке с детьми, режиссировать их реакции, потому что для детей отец — это режиссер. Он говорил с ними за нас.

Джошуа: Да, на эту роль был нужен режиссер, мы с самого начала это понимали. В идеале это был бы один из нас, но мы слишком молоды. (Смеются.)

Бен: Детей сыграть у нас тоже не вышло бы.

— А их вы как нашли?

Джошуа: Нашел я их буквально на улице. Это целая история. Мы в свое время работали над другим сценарием — с теми же персонажами, но в другой период их жизни. Как раз тогда я попросил девушку, которая занималась уличным кастингом — высматривала на улице персонажей для целого ряда проектов, посмотреть нам детей на эти роли. Она никак не могла найти подходящих. Мы с Бенни уже, честно говоря, готовы были похоронить проект, и я сказал ему, что пойду сам попробую найти его-ребенка. Отправился на поиски — увидел сначала одного мальчишку, а потом и второго. Оказалось, что они братья: они воплощали именно тот тип детей, какими были мы. Их мать в фильме — это их настоящая мать, Леа Сингер, а их реальный отец — Ли Ранальдо из группы Sonic Youth (он появляется в эпизодической роли отчима детей. — прим. «Парка культуры»).

— У вас там еще и Абель Феррара появляется в роли персонажа, который грабит главного героя...

Бен: О, это тоже отличная история. Вообще-то, мы уже отсняли эту сцену с другим актером, который был так плох, что мы начали думать, кто бы еще мог подойти на эту роль. И тут вспомнили про Абеля; он совершенно сумасшедший человек по жизни и потому идеально вписался в образ. Роль ему сразу понравилась — в результате получилось дико круто. С одной стороны, он постоянно бухал — держал под ватником во время съемок баклагу не то с пивом, не то с виски, из которой отхлебывал в каждую свободную секунду.

С другой — был по-актерски дотошен в том, что касается его персонажа: что у парня за мотивация, откуда он, какая у него история, что он за человек? А сцена-то на пару минут! Пришлось придумать его персонажу целую биографию.

Лично для меня это был очень полезный опыт, кстати.

— Вас сравнивают с Джоном Кассаветисом, с ранним Джармушем... Вы сами ощущаете себя частью некой традиции?

Джошуа: Да, пожалуй. Я бы в первую очередь говорил даже о нью-йоркских фильмах 1960—1970-х, таких как «Дневник Дэвида Хольцмана» Джима Макбрайда или «Расставаясь» Милтона Гинзберга — в Нью-Йорке было определенное кинодвижение, оппозиционное «прямому кино», представленное фильмами Пеннебейекера, Альберта и Дэвида Мэйзлсов, Фредерика Уайзмана. В ответ на суперреализм последних появилась идея, что можно использовать язык художественного кино для того, чтобы не только портретировать реальность, но создавать ее; нас это сильно вдохновляло...

Вообще мы с детства оказались одержимы реализмом. Мы с Бенни старались делать фильмы настолько реалистичные, насколько возможно, снимали какие-то документалки на папину камеру. Плюс отец постоянно нас снимал.

И постоянно учил, что нет ничего интереснее жизни, реальности, того, как люди ведут себя, как взаимодействуют друг с другом, маленьких деталей.

Кстати, раз уж вы упомянули Кассаветиса: мы, когда делали этот фильм, видели только пару его фильмов. Но у нас преподавал человек, который написал про него книгу, — Рей Карни. В общем, Кассаветис и сейчас меня сильно впечатляет и вдохновляет. Думаю, его интересовали все эти вопросы взаимоотношений, любви, ненависти, жизни.

Бен: Того, как эмоции существуют, скрытые поступками людей: когда ведешь себя одним образом, а чувствуешь что-то совершенно иное. И вот эти противоречия он выстраивает, разыгрывает. Его реализм — это своего рода представление. Многие говорят, что вот, мол, у него там камера дрожащая, но это же не так: Кассаветис использует стандартные технические приспособления...

Джошуа: Да ладно тебе!

Бен: Нет, ну если посмотреть «Убийство китайского букмекера», например. Не так уж много у него съемки с рук, чтобы постоянно только о ней и вспоминать. Гораздо важнее то, как выполнена, сыграна реальность: суть же не в дрожащей камере, а в том, что тебя самого при просмотре трясет изнутри от того, что люди говорят и переживают. Вот в чем дело.
Оригинальная статья

Поделитесь этой новостью с Вашими друзьями!

Ранее в рубрике "Кино":

Российский прокат возглавил фантастический боевик «Живая сталь»
Российский бокс-офис: «Живая сталь» победила с фантастическим результатом, «Полночь в Париже» стала второй по любви зрителей к Вуди Аллену, а «Вдребезги» пытаются повторить успех «Неадекватных людей». В начале этого года на экраны России вышли «Неадекватные люди»: снятую Романом Каримовым всего за 100 тысяч долларов мелодраму показывали всего на 75 экранах, но свой невеликий бюджет она окупила с ...
  (читать дальше)

"Одинокого рейнджера" с Деппом будут снимать с сокращенным бюджетом
Студия Disney вернула к жизни проект "Одинокий рейнджер" (The Lone Ranger) режиссера Гора Вербински (Gore Verbinski) с Джонни Деппом в роли индейца, съемки которого были отменены в августе из-за чрезмерной дороговизны, но урезала бюджет с 250 миллионов долларов до 215 миллионов, сообщает интернет-портал Deadline.com в среду. "Одинокий рейнджер" - игровая версия популярного в Америке мультипликац...
  (читать дальше)

Стив Маккуин и Майкл Фассбендер сделают третий совместный проект
Британский режиссер и видеохудожник Стив Маккуин (Steve McQueen) собирается снимать уже третий фильм с ирландцем Майклом Фассбендером (Michael Fassbender) в главной роли, сообщает во вторник киносайт Variety. Всемирная слава Фассбендера началась в 2008 году с "Голода" (Hunger) Маккуина, где он сыграл голодающего в тюрьме активиста ирландской республиканской армии. Картина была показана на Каннск...
  (читать дальше)

Михалков не рассчитывает на "Оскара" за свою "Цитадель"
Российский режиссер Никита Михалков не высоко оценивает шансы своей картины "Цитадель", которая является второй частью дилогии "Утомленные солнцем - 2", на получение "Оскара" в номинации "Лучший зарубежный фильм". "Да, никаких шансов, а если они есть, то будут строиться на чувственном восприятии того, что люди видят", - сказал Михалков во вторник в прямом эфире телеканала "Россия 24", отвечая на...
  (читать дальше)

Девять фильмов вошли в конкурс кинофестиваля "2-in-1"
В конкурсную программу кинофестиваля "2-in-1", который пройдет с 21 по 24 октября в столичном кинотеатре "35 мм", вошло девять картин, сообщил на пресс-конференции в РИА Новости во вторник программный директор фестиваля Алексей Медведев. Это бельгийская картина "Бычара"/Bullhead (режиссер Михаэл Р. Роскам), бразильский фильм "Тяжелая работа"/Hard Labor (режиссеры Жулиана Рохас, Марко Дутра), "По...
  (читать дальше)

«Мой папа Барышников» в прокате
В прокате фильм «Мой папа Барышников» про студента балетного училища Большого театра, снятый его выпускником Дмитрием Поволоцким. «Парк культуры» попросил разобрать фильм балетного критика. Спортивно-танцевальную драму «Мой папа Барышников» из жизни интеллигенции накануне перестройки уже называют «нашим ответом «Билли Эллиоту» Стивена Долдри. История успеха позднесоветского школьника Бориса Фишки...
  (читать дальше)

Марина Абрамович: идея стоит дороже, чем картина на стене
Сербская художница Марина Абрамович с легкостью может заставить человека направить себе дуло в висок или стрелу в сердце, неподвижно просидеть 716 часов 30 минут или же отправиться по Великой китайской стене навстречу своему возлюбленному, чтобы в точке схода проститься с ним навсегда. Подобными фокусами она занимается уже 40 лет и преуспела в них настолько, что ретроспектива ее работ заполнила це...
  (читать дальше)

"Живая сталь" держит мировой прокат стальной хваткой
Самым успешным фильмом минувшего уикенда и в Северной Америке, и в России стал фантастический боевик "Живая сталь" (Real Steel), который, по данным ресурса Boxofficemojo.com, собрал в общей сложности 49 миллионов долларов. Из них 27,3 миллиона были заработаны в США и Канаде, а 7,4 миллиона долларов, по предварительным данным журнала "Кинобизнес сегодня", выручила русскоязычная версия. Имевшая о...
  (читать дальше)

Минкультуры увеличит бюджет фестиваля "Зеркало" к юбилею Тарковского
Международный кинофестиваль "Зеркало" имени Андрея Тарковского, который проходит ежегодно в Ивановской области, получил приоритетную поддержку министерства культуры РФ в связи с предстоящей годовщиной 80-летия режиссера, сообщает пресс-служба правительства Ивановской области. Губернатору края Михаилу Меню удалось заручиться поддержкой министра Александра Авдеева в увеличении федерального финанси...
  (читать дальше)
Выставка Ай Вэйвэя в Мультимедиа Арт Музее
К финалу «Фотобиеннале-2012» Мультимедиа Арт Музей приберег фотовыставку Ай Вэйвэя, одного из самых известных в мире китайских художников, – 220 фотографий, сделанные им в 1983–1993 годах во время жизни в Нью-Йорке. Строго говоря, Ай Вэйвэй не фотограф, хотя в 1970-х и учился в Пекинской киношколе вместе будущими звездами китайской волны 1990-х Чен Кайге и Чжан Имоу – их тоже можно увидеть на нью...
  (читать дальше)

«Свидание» Юсупа Бахшиева вышло в прокат
В прокат выходит «Свидание» – нескладная, но любовно сделанная алкогольно-романтическая комедия по мотивам старого фильма с Уиллисом и Бессинджер. Главный герой Дима (вокалист группы Uma2rmaH Владимир Кристовский) – ожившее объявление из рубрики знакомств. Перспективный молодой нейрохирург, аккуратная геологическая борода, в которой как бы кроется обязательность, не женат, не встречается, с ж/п,...
  (читать дальше)

Каннский кинофестиваль объявил программу основного конкурса 2012 года
65-й Каннский кинофестиваль объявил программу. Фильмом открытия станет «Королевство полной луны» Уэса Андерсона, а закрытия — экранизация Франсуа Мориака «Тереза Дескейру» недавно скончавшегося Клода Миллера. Россию в конкурсе представит Сергей Лозница. Каннский фестиваль пристрастен и верен своим героям. В этом году это правило получило очередное подтверждение: в одном списке оказались самые гро...
  (читать дальше)

В ГМИИ им. Пушкина открылась выставка «Портреты коллекционеров»
Лучшие образцы русского и европейского искусства из собраний Ильи Глазунова и Петра Авена в ГМИИ: сезон мероприятий к столетнему юбилею музея Пушкина открывает выставка «Портреты коллекционеров». Экспозицию «Портреты коллекционеров», на днях открывшуюся в отделе личных коллекций ГМИИ им. Пушкина, смело можно назвать обязательной для просмотра: здесь можно увидеть шедевры, обычно широкой публике н...
  (читать дальше)

Интервью с генеральным секретарем «DOCOMOMO-Россия» Анной Броновицкой
Генеральный секретарь российского отделения международной организации по охране архитектурных памятников DOCOMOMO Анна Броновицкая рассказала «Газете.Ru» о том, что происходит с павильонами ВВЦ, почему не реставрируются Дом Наркомфина и о том, чего добилась ее организация за год своей работы. В Международный день памятников, отмечавшийся в среду, год своей деятельности отметила российская секция ...
  (читать дальше)

Интервью Захара Прилепина
Захар Прилепин рассказал «Газете.Ru» о новой книге «Восьмерка», о превращениях героев его «Саньки» в эпоху Болотной и революции и о том, как может помочь русскому писателю слаборазвитая фантазия. За последний месяц у Захара Прилепина вышли две книги: его собственная книга «Восьмерка», состоящая из маленьких повестей, и «Лимонка в тюрьму» — сборник текстов политзаключенных, который он составил с Э...
  (читать дальше)

В коллективе Центра драматургии и режиссуры произошел раскол
Часть труппы столичного Центра драматургии и режиссуры заявила о недоверии своим худруку и директору, внедрившим новые методы работы. Городские культурные власти в ответ поставили обоим жесткое условие – урегулировать конфликт до конца сезона. Часть коллектива московского Центра драматургии и режиссуры (ЦДР) выразила недоверие своему художественному руководителю Михаилу Угарову и директору Людмил...
  (читать дальше)

В прокат вышел фильм ужасов «Хижина в лесу»
В прокате «Хижина в лесу» — хоррор, который то ли впервые со времен «Крика» и «Ведьмы из Блэр» перезапускает жанр, то ли окончательно его закрывает. Пока сотрудники явно очень секретного центра (Ричард Дженкинс и другие) готовятся к чему-то серьезному и обсуждают конкуренцию с Японией, пятеро студентов отправляются на выходные в загородный дом, удачно изолированный от большого мира: дорогу к нему...
  (читать дальше)

В Москве вручили «Золотые маски»
В Москве прошла церемония вручения наград театрального фестиваля «Золотая маска». Впервые за 8 лет премия вручалась на сцене Большого театра – и принесла большие сюрпризы: в списке лауреатов предпочла мастерам новые имена. Режиссёром церемонии выступила режиссёр Нина Чусова, громко заявившая о себе в начале нулевых, но последние годы работающая в основном в провинции. Театр Чусовой всегда резок ...
  (читать дальше)

«Маппеты»: история, персонажи, выдающиеся эпизоды
В прокат выходит фильм «Маппеты», в котором Лягушонок Кермит, Мисс Пигги, Медведь Фоззи, Гонзо, Животное и другие герои легендарного телешоу объединяются, чтобы спасти свой театр от нефтяного магната. Мир Маппетов населяют безбашенные марионетки из телевизора: преимущественно звери и птицы, но есть и несколько существ, идентификация которых вызывает всеобщее затруднение. Если брать перечисленных...
  (читать дальше)